Юбки. 100 стильных моделей стр.3
Современные невесты часто прибегают к такому виду украшения юбки как шлейф, чтобы подчеркнуть собственную грацию и значимость события.
Однако вернемся к более раннему времени и более ранней стадии эволюции юбки.
Во времена господства готики, приблизительно в четырнадцатом веке, одежда становится необыкновенно живописной. Архитектура часто диктует и развитие костюма. Неуемная тяга к живописным эффектам делает одежду вообще и юбку в частности несколько преувеличенных размеров: женское платье снабжалось все тем же неимоверной длины шлейфом, линия талии завышалась и акцентировалась при помощи богато декорированного пояса, из-под которого крупными складками ткань спускалась до самой земли.
«Слишком много вырезания, высекания чеканом дыр, слишком много стрижки ножницами в...избыточно длинной одежде, волочащейся по грязи как у мужчин, так и у женщин», — писал в своих спи-санных с натуры «Кентерберийских рассказах» гениальный Чосер.
Пятнадцатый век во Франции выводит в лидеры одежду под названием «роб». Такое платье надевалось через голову и, в отличие от предшествующего времени, подпоясывалось уже ниже линии талии, практически на самых бедрах.
Когда в том же четырнадцатом веке тон в моде начинает задавать испанский двор, шлейфы в украшении юбок не принимаются вовсе. Зато сама юбка «растет» и в конце концов «вырастает» до необхватных размеров. Юбки стали столь тяжелы, в прямом смысле слова так неподъемны, что пришлось придумать к ним металлический каркас. А до изобретения каркаса? До этого времени специальные подушки набивались конским волосом и с помощью них удерживалось это колоссальное сооружение. Металлический же каркас несколько облегчил вес этой громадины. Кроме того, на честь одетой таким образом дамы кавалер просто физически не мог покуситься. Французы так и назвали эти юбки «уеги^агсіап», то есть «охраняющая добродетель». Стоили такие юбки немыслимых денег. Как их надевали? Ставили на пол и, войдя в нее, пристегивали к корсету.
Со временем необъятные бедра при помощи юбок расширились до такой степени, что на них стало возможным лежать. В шестнадцатом веке испанский костюм становится так тяжел, что при взгляде на портреты того времени работы Веласкеса кажется, будто юбка просто терроризирует свою хозяйку. Семнадцатый же век н Испании принес дамам костюм, который стал пластическим выражением эстетических ценностей эпохи барокко. Криволинейные, причудливо разрастающиеся во все стороны юбки, огромные, илистически насыщенные, парадные. Юбка становится подобна пьедесталу, тяжесть которого так велика, что он способен подчинить себе и пластику, и голос, и даже манеру думать. Какие бы мысли и идеи не преследовали творца костюма в процессе творчества, барокко способно все усилия свести в русло единственно правильных стилистически выверенных решений пространственной ком-иоииции. Такова суть стиля барокко. Но это в Испании.
А в раскованной, галантной и всегда несколько фривольной Фра и іщи в моду вошли юбки, похожие на юбки обыкновенных прачі'к. Когда прачки работали, им приходилось, не взирая ни на кого, стоять, попросту заткнув подол платья за пояс. Очень эффектно, Т(м более что такой «маневр» позволял показать и прелестные ножки, и топкой работы чулки, и вообще чувствовать себя куда удобнее, чем в негнущихся испанских юбках. Постепенно нижняя юбка стала предметом едва ли не больших затрат, чем верхнее платье. Господствующий в то время стиль барокко так любит все украшать, что и нижнее белье не остается без внимания. К тому же нижняя юбка «расслоилась» на большое количество прелестных, одна другой короче, нижних юбок. Как они шуршали при ходьбе! Как изумительно позволяли демонстрировать легкость и грацию походки! И все это великолепие было придумано только для того, чтобы впоследствии, в бурном XVIII веке, снова вернуться к куполообразным юбкам на каркасе, когда барочный шик сменяется изнеженным и прихотливым стилем рококо. В моду была введена походка, при которой юбка, похожая на корзинку, покачивалась бы из стороны в сторону, открывая щиколотку ноги. Юбку так и называли «panier», что и переводится не иначе как корзинка. А еще такие юбки называли крикуньями. Шумели и «кричали» они оттого, что отдельные детали каркаса юбки при ходьбе раскачивались, терлись друг о друга, скрипели и шумели. В такой юбке нельзя было появиться в церкви (помните историю с «дьявольскими хвостами»?). Спрос на умелых портных возрос до неимоверности. Личная модистка королевы Марии-Антуанетты получала большее жалованье, чем, например, первый министр короля!